Остановить человека, твёрдо решившего посвятить свою жизнь самосовершенствованию — всё равно что пытаться накинуть аркан на ракету перед стартом: запросто может вынести на орбиту. Доказывай потом, что ты ничей не спутник и ни разу не шпион. Да и с обратным билетом могут возникнуть сложности.

Моя медицинская специальность – врач-педиатр, но уже несколько лет я работаю медицинским представителем в различных компаниях, производящих лекарственные препараты.

Вы будете смеяться, но я опять про навигатор. Воистину функции данного механизма неисчерпаемы!

Наверное, это исключительно женское качество: умение нагружать попутными заданиями. Пошёл за пивом — заодно вынеси мусор, забери дитё из садика, забеги на почту, там же заплатишь за свет, газ, телефон… Вот и на этом вызове одним пассажиром в салоне обойтись не удалось.

На прошлой неделе я описал самые частые способы использования навигатора как средства коммуникации. Сегодня остановлюсь на более экзотических вариантах.

Учите матчасть, лентяи! В плен попадете, начнут пытать, а вы ни фига не знаете, помрете в страшных муках! (Старый анекдот)

Похоже, квест по получению инвалидности в последнее время среди пожилых пациентов превращается в самостоятельный вид спорта. Посидит какая-нибудь баба Клава на скамейке в окружении местного бомонда, послушает соседок — и на следующий день уже Сивкой-Буркой является пред терапевтом. Мол, как же это так — у всех уважаемых людей уже первая группа, а я чем хуже? Да я сейчас напишу жалобу в горздрав, письмо президенту!

Как уже, наверное, поняли мои постоянные читатели, в промежутках между писанием постов я работаю на московской «скорой». К моему изумлению, граждане страны Москва в большинстве своем абсолютно не представляют современные будни нашей службы.

Сегодня, граждане несведущие, я поведаю вам, про те самые штуки, которые ежедневно дают нам возможность осуществлять нашу оздоровительно-просветительную деятельность.

После взрыва газа в жилом доме в Астрахани мои знакомые меня замучили вопросами: а где гарантия, что такого не случится с нами? Что среди наших соседей психов с суицидальными наклонностями нет, а тех, кто есть, врачи плотно опекают, и если что, сразу госпитализируют?

Данный отрывок, строго говоря, к разговору об интернатуре не относится. Он о том, где и как я все-таки смог научиться кой чему, не благодаря интернатуре, а вопреки ей.

Дополучить свой кагал практических знаний, а заодно и заработать на хлебушек насущный я планировал, устроившись работать в «городскую» скорую, на время обучения. Как вы уже знаете, фиг я куда устроился. Послали меня оттуда, как не имеющего фельдшерского сертификата. Сказали, своих дураков девать некуда, а тут еще всякие залетные денег хотят, да еще и без надлежащих бумаг.

Призрак голодной смерти отступил, когда я чисто случайно напоролся на коммерческую скорую, остановившуюся у нас во дворе, потому что что-то там у них в «фольксвагене» заело. А я как раз в магазин шел, и, проходя мимо, подумал: а что я теряю? За спрос, как известно не бьют, и денег не берут. Ну, я и спросил.

Судьба стала совсем благосклонна ко мне, прислав к сломавшейся машине старшего фельдшера компании. К ней я и подошел со своим вопросом. Тетка улыбнулась, наговорила страшно соблазнительных вещей (в итоге, конечно, процентов 70 из них оказалось наглым враньем, но я на нее никогда не обижался за это), и обещала взять меня на работу, буде мою кандидатуру одобрит начальство. То есть страшный врач и гендиректор. Они одобрили, и я стал работать.

Знаете, на официальной, государственной 03, принято относиться к коммерческой скорой как к пугалу. Мол, дурачье одно работает, деньги им платят огромные, неизвестно за что, и ящики у них полупустые, и наркоту им не дают, и лечить они не умеют, а чуть что зовут на себя ту же государственную 03. Я с таким мнением не согласен, и готов поспорить. Нагрузки у коммерсантов конечно меньше. И наркотиков в укладке нет. Ну и что? У них есть трамал, буторфанол, налбуфин. А на реанимационной бригаде даже пропофол и ардуан с листеноном есть. И знаете, этого хватает. Не помню ситуации, за год работы на реанимационной бригаде, где бы нам понадобился фентанил или морфин.

А бывало всякое. И автоаварии, и смерти на вызовах, и реанимационные мероприятия. Не думаю, что кому-нибудь, на государственной 03 приходилось возить человека с 95% ожогов тела из Сергиева Посада в Москву, и при этом довезти его комбустиологам в 36-ю ГКБ живым. Я возил.

И переломы позвоночника, и разрывы позвоночного столба, когда позвоночник в грудном отделе разваливается на две, несвязанные друг с другом части, разошедшиеся между собой сантиметров на 5, если верить рентгену.

И повторный крупноочаговый инфаркт миокарда, с начинающимся кардиошоком мы живым доперли через всю Москву по пробкам.

И в Одессу и Екатеринбург, и в Минск и в Израиль мы больных возили. И трое суток тянули с того света, сменяясь, старого армянского деда, которого отказались лечить немецкие врачи в клинике Франфуркта-на-Майне. Всякое было. И мне за мою работу там не стыдно ни капли.

Кстати. Денег там платят копейки. Я работал фельдшером, 15 смен в месяц (и это еще не рекорд!), и ни разу не уносил оттуда больше 35 штук. Так что, по нагрузкам, коммерция с официальной СМП может и потягаться, я думаю.

Эту историю поведала Галина Владимировна, тоже психиатр и наша хорошая знакомая. Лечится у неё…ммм…скажем, Анна Сергеевна. Стаж болезни у Анны Сергеевны солидный, уже больше тридцати лет. Плюс бессрочная инвалидность. То есть куча свободного времени. А раз оно есть, его надо куда-то тратить. Вышивание крестиком, дача, внуки — это, конечно, здорово, но как-то мелковато для настоящего человека советской закалки. Вот борьба за справедливость — это другое дело.